- Знаю, - коротко сказал Гурьев. - Он показался вам сопляком?

- Он и был сопляком. Не исключено, что я видела его даже не в этом году... Поэтому...

- Вы не помните его имя? Ведь вчера у Жигунова его как-то называли?

- Ха! Вы не видели меня вчера? Вам повезло, Виктор Харитонович.

- Вам тоже немного повезло. Иначе мы не сидели бы с вами сейчас в этом кабинете.

- Да, - кивнула Борисихина. - Я запросто могла сейчас лежать в холодном помещении под простынкой. Это я знаю.

Заканчивалось десятое марта. В городе уже было темно, зажглись фонари, включили свет в кабинетах отделения милиций. Все валились с ног от усталости. Работа проделана громадная, а кроме игриво-невнятных показаний Борисихиной, ничего добавить не удалось. Количество версий не уменьшалось, продолжались допросы Жигунова, Борисихина, безуспешно пытался вспомнить что-нибудь существенное кавказец, однако, основная работа была направлена на установление ЛИЧНОСТИ "ПЯТОГО".

Когда Борисихина сказала, что видела его в центре города несколько месяцев назад, были срочно составлены списки всех, кем занималась милиция, на которых заведены карточки. Галина Анатольевна Засыпкина рассказывает, что Борисихиной пришлось посмотреть не один десяток фотографий, взятых из паспортного отдела. Несколько раз на ее лице мелькало нечто вроде узнавания, которое тут же сменялось неуверенностью и, наконец, она отодвигала снимок.

- Нет, не он.

В помощь подключились работники уголовного розыска, детской комнаты милиции, участковые, однако, шел уже первый час ночи одиннадцатого марта, а результатов не было. Следователи продолжали прикидывать варианты, пытаясь найти точки соприкосновения в протоколах допросов, уточняли словесный портрет "пятого"...